Живой Город - движение за сохранение культурного наследия Санкт-Петербурга

Таврический Сад

Таврический сад как повод для посадок

Выращивать цветы в старинном парке — это преступление, считает представитель отечественного бизнеса. Но защитники исторического Петербурга понимают под преступлением совсем другое…
На малой родине президента выявлен отличный объект для применения заявленных Дмитрием Медведевым решительных мер по борьбе с коррупцией.
В рамках прошедшего в ИА «Росбалт» круглого стола, посвященного судьбе исторических садов и парков, с «чистосердечным признанием» неожиданно выступил бизнесмен Алексей Редозубов — владелец земельного участка в Таврическом саду.

Составляющая «общественной нагрузки»

О туманной истории с продажей территории площадью около 2 га, ранее занимаемой цветочными теплицами, «Новая» рассказывала в № 74 за сентябрь 2007 года. Напомним лишь вкратце, что в 2003 году СХПК «Цветы» подвели под процедуру банкротства, в результате чего производственные площади «Цветов» были выставлены Фондом имущества на торги и отошли к едва созданному ООО «Базис» — по стоимости в четыре раза ниже балансовой и сопоставимой с ценой двухкомнатной квартиры в центре (10,8 млн рублей). В 2005 году общественность ошарашили представленным в Союзе архитекторов проектом строительства на месте теплиц многофункционального комплекса (с жилой и офисной функциями). Тогда же стало известно, что годом раньше архитектурная мастерская Татьяны Славиной провела экспертизу, обосновывающую исключение этой территории из границ памятника федерального значения и допустимость строительства на данном участке зданий высотой до 17 метров.
Некие структуры стали активно лоббировать утверждение результатов этой экспертизы в Москве и добились своего — Росохранкультура согласовала выводы экспертизы Славиной в октябре 2005 года. После чего и проступили черты главного движителя идеи застройки Таврического сада — компании «Петрополь», входящей, по официальным данным, в корпорацию «Газстройинвест». А соответствующие проектные предложения мастерской Рейнберга и Шарова представили в архитектурном ежегоднике за 2006–2007 гг. (где, как анонсируется его составителями, публикуются только согласованные работы).
До недавнего времени в КГИОП уверяли, что в частные руки перешли лишь хозяйственные постройки бывшего тепличного хозяйства, а земля — как часть территории памятника федерального значения — может разве что быть переданной в аренду, но никак не проданной. Собственно, до 1 января этого года продажа памятников в нашей стране была запрещена. Однако после рассылки анонсов о предстоящем в «Росбалте» мероприятии в информационное агентство позвонил человек, отрекомендовавшийся представителем «владельца земли в Таврическом саду», желающего поучаствовать в беседе за круглым столом.
Собственно владелец, Алексей Дмитриевич Редозубов, появившись на заявленном мероприятии, объяснил свой интерес к нему так:


— Подумал — приду сам, расскажу, что бы я хотел видеть на этой территории. А если смогу еще кого-то убедить, если кто-то разделит мою позицию — мне будет приятно.
Надежды Алексея Дмитриевича оправдались едва ли. Во всяком случае те откровения, что он выдал в присутствии почти трех десятков журналистов, грозят землевладельцу серьезными неприятностями. В частности, повествуя о том, как он два с половиной года назад приобрел участок в Таврическом саду у ООО «Базис», господин Редозубов заявил буквально следующее:


— Поверьте, это не просто коммерческая сделка была, а город принял непосредственное участие во всей этой истории. И может быть, это не было там на поверхности, но результатом было то, что я спонсировал в течение долгого времени городские мероприятия, спортивные, телевидение и так далее. Общественная нагрузка, которая легла на меня, была достаточно существенной.
Мы попросили господина Редозубова конкретизировать — что же именно обещалось ему взамен за оказанные услуги. Он, посетовав на несговорчивость КГИОП (комитет до сих пор категорически отказывается согласовать выводы экспертизы Славиной и не одобряет исключение рассматриваемого участка из границ памятника), добавил:
— Ведь есть КГИОП, а есть все-таки городская администрация, они тоже согласовывают предпроектные решения. И нами ставился вопрос о том, чтобы город сформировал какую-то позицию. Ну и с их стороны определенные пожелания были сформулированы… Я спонсировал многие мероприятия. Чтобы город все-таки благосклонно отнесся к нашим планам…

Мечты хозяина помойки

Представление своих мечтаний о будущем приобретенного им уголка Таврического сада господин Редозубов начал с печальной констатации:

— Что такое этот участок? Над ним висит проклятие — название «Таврический сад».
Эксперты обомлели. Журналисты откровенно веселились. Алексей Дмитриевич, видимо, заподозрил, что сморозил что-то неподходящее для этой аудитории, и поспешил развить свою мысль:
— Поймите правильно, почему я так говорю. Помойку можно назвать как угодно, она от этого не перестанет быть помойкой. Сейчас тут все в состоянии зоны Сталкера. Теплицы, где какие-то цветочки, рассаду выращивали, мастерские, где горшки можно делать… в общем, промышленное производство, — подытожил Редозубов. — Разбитое стекло, каркасы, все это выглядит ужасно. Со стороны Шпалерной прикрыто одноэтажным длинным забором… ну вот, мне было стыдно, я там сделал освещаемые витринки, цветы поставил. Сил ухаживать за ними у меня нет, поэтому цветочки я поставил пластмассовые…

— Веночки! — не выдержал кто-то из зала.
— Навроде того, — легко согласился рассказчик. — А люди ходят, постоянно эти пластмассовые цветочки разглядывают, им интересно! Если дальше заглянуть — там начинается помойка. И вопрос: парк это или не парк — это вопрос: помойка это или все-таки давайте ее разберем. Но пока это называется Таврический сад, ничего делать нельзя, — сокрушается Алексей Дмитриевич.
Высказанное кем-то предположение о том, что господин Редозубов, вероятно, приобрел означенную территорию с единственной благой целью — дабы провести там субботник, — было отвергнуто. Планы оказались гораздо масштабнее. Как сообщил сам землевладелец (который скромно представляется одним из акционеров «Петрополя»), именно он заказал проект мастерской Рейнберга и Шарова.
Любопытно, что на другой день Марк Рейнберг заявил корреспонденту Фонтанки.ру, будто «заказчика давно нету». Меж тем вполне живой и деятельный Алексей Редозубов рассказал за круглым столом, что проект предусматривает возведение нескольких зданий высотой до 17 метров. Но, по его версии, отчуждение 2 га от общегородского сада (и, напомним, охраняемого ЮНЕСКО уникального дворцово-паркового ансамбля XVIII века) продиктовано исключительно желанием сделать эту территорию… доступной.
— Изначально какая идея закладывалась? Вот есть на углу Потемкинской и Шпалерной павильон «Цветы» (подразумевается созданная в 1900 году архитектором Бахом оранжерея. — Прим. ред.). Хочешь не хочешь, место уже культовое. Молодожены приезжают сюда после того, как их в загсе распишут. Потому что там внутри действительно вот эта атмосфера, там стоят какие-то пальмы. И можно зайти и даже ничего не делать — просто почувствовать какую-то вот такую необычность. Все, уже паломничество. И сейчас все это паломничество на одном квадратном метре — толкутся штук десять лимузинов одновременно, и молодожены вот в таком скоропостижном порядке проходят…
Чтобы молодожены не проходили скоропостижно, а лимузинам было вольготнее, господин Редозубов и задумал, как он выражается, «продолжить оранжерею в том же стиле, чтобы гармонировало».
«Продолжение», как видно из эскизного проекта, вылилось в комплекс из шести внушительных зданий. Объявить их гармонирующими с одноэтажным дворцом работы великого Старова можно разве что в горячечном бреду. Но на вкус заказчика — это «дворцовая архитектура», «вписывающаяся в окружающий ансамбль».
Общая площадь затеваемого комплекса — около 50 тысяч квадратных метров. Офисы, жилье, бары-рестораны, подземная парковка.
А о том, как застраиваемые участки наших садов и парков повышают их «доступность», можно судить хотя бы на примере выросшего в Приморском парке Победы другого элитника — жилого комплекса «Пятый элемент», обитатели которого превратили эту часть общегородской зеленой зоны в закрытый придомовой палисадник.

Полезно, что в рот полезло

Безудержный полет фантазии господина Редозубова попыталась было прервать начальник отдела ландшафтной архитектуры КГИОП Ольга Милица:

— Я хотела бы напомнить, что это, на минуточку, территория охраняемого памятника федерального значения «Таврический дворец с садом». Куда входят и Таврический дворец, и домик садовника, и ряд других объектов. Поэтому совершенно неважно, сад тут или, как вы выражаетесь, «помойка» — это территория памятника! Оранжереи и теплицы здесь были на протяжении всех двухсот лет, пусть они перестраивались, но здесь всегда был хозяйственный участок — это неотъемлемая функция любого подобного комплекса. Тут всегда выращивали цветы. Теперь, видимо, городу оранжереи стали не нужны — по неведомой мне причине. Хотя во всех странах это хранят, берегут, этому радуются… Да, нынешнее состояние очень запущенное. Но извините, «помойка» случилась после того, как этот участок купили.
Хозяин «помойки» искренне недоумевал:

— Вы что, предлагаете и сейчас выращивать там цветы, снабжать ими город? Территория-то золотая! На ней можно сделать вещи, которые действительно будут полезны.
— Что же, уникальный ансамбль XVIII века городу не полезен? — поинтересовался корреспондент «Новой».
— Сейчас — не полезен, — убежден Алексей Дмитриевич. — А цветы выращивать можно и где-нибудь за городом!
Ну а в Таврическом саду, очевидно, куда уместнее выращивать элитное жилье и офисные корпуса.
Взятая в оборот версия о том, будто запущенность или неподобающее использование объекта культурного наследия — достаточный повод для исключения его из списка памятников и нового строительства на его территории, представляется экспертам чрезвычайно опасной.
— Если следовать представленной нам Алексеем Дмитриевичем логике, то страшно даже подумать, что можно было бы сделать на месте Спаса на Крови, где в известные времена был склад картошки, — заметил сопредседатель петербургского Общества охраны памятников (ВООПИиК) Александр Марголис. — И что же выходит: достаточно территорию любого памятника, хоть бы и Зимнего дворца, захламить — чтобы через некоторое время перестать его считать памятником? Если рассуждать подобным образом, то руины, грандиозные по масштабам свалки, образовавшиеся после Великой Отечественной по окраинам Ленинграда, — Пушкин, Петергоф — надо было застроить вот такой предлагаемой Алексеем Дмитриевичем «красотой», а не мучиться с воссозданием парков и дворцов. И что нам дает с народно-хозяйственной точки зрения какой-нибудь Карпиев пруд в Летнем саду — подумаешь, два лебедя плавают, прибытка от них никакого...

На том сидеть будем

Воспоследовавший краткий курс ликвидации нуворишечьей безграмотности — с объяснением исторической ценности всех атрибутов единого и неделимого (добавим — и не дополняемого новостройками) законченного ансамбля — занятой бизнесменом позиции не поколебал. Предложенная формула действий просвещенного государственника — не вычеркивать из истории нами же доведенное до полного упадка наследие, но приводить в надлежащий вид — не впечатлила.
Не соблазнился господин Редозубов и перспективой последовать примеру акул бизнеса, взявшихся демонстрировать свою ответственность перед отечественной культурой, выкупающих коллекции Вишневской-Ростроповича или яйца работы Фаберже. Вопрос — а не согласились бы вы переуступить, вернуть городу приобретенную вами часть сада, дабы возродить ее? — Алексей Дмитриевич отмел:

— Если я передам городу этот участок, город снова его кому-нибудь продаст, чтобы там построили какой-то комплекс. Либо опять сделают там теплицу. И тогда я буду считать, что совершил самую большую глупость. Потому что у меня принципиальная позиция: я считаю, что в таком месте растить цветы — это преступление.
— А коли вам все-таки не разрешат строить здесь дома, что вы будете делать с этим участком?
— Там сейчас есть помещения — бывшие производственные, которые я отремонтировал, примерно полторы тысячи квадратных метров. Я там живу, мне очень нравится. Мне вообще это место нравится, я там неплохо себя чувствую. Ну буду и дальше так там сидеть.
Точку в вопросе о том, кому где сидеть, предстоит, наверное, поставить прокуратуре. Во всяком случае Александр Марголис считает необходимым привлечь внимание надзорного ведомства к этой истории: — Здесь есть все признаки нарушения закона, который прокуратура должна защищать по долгу своей службы, — убежден эксперт.
Участники круглого стола также предложили обратиться с соответствующим письмом к трем своим землякам: президенту Дмитрию Медведеву, премьер-министру Владимиру Путину и Сергею Миронову, как председателю заседающей в Таврическом дворце Межпарламентской ассамблее. По мнению экспертов, благородное дело возрождения «деградировавшей» части сада и воссоздания единства всемирно известного исторического ансамбля могло бы стать общим проектом стран-участниц МПА и способствовать укреплению дружбы между народами.
Татьяна ЛИХАНОВА
www.novayagazeta.spb.ru

Миллер Таврический
Газпром желает поселиться в Таврическом саду

За победы, одержанные Русской армией, генерал-аншефу князю Потемкину был жалован императрицей дворец, возведенный по ее повелению на территории усадьбы светлейшего.
На вкус нынешних хозяев жизни жемчужина русского классицизма мелковата — дворец выстроили всего-то в один этаж. Однако после смерти Потемкина высочайшим указом дворец объявили императорским. И государыне, полюбившей жить здесь, в окружении прекрасного сада, вполне достаточно было скромных размеров здания.
Но это императрица довольствовалась малым, а глава Газпрома Алексей Миллер оценивает свои амбиции не меньше чем в 400-метровый офисный эквивалент. И ревнители старого Петербурга рано радовались, когда исчезла из соответствующей целевой программы привязка к Красногвардейскому району — как ясно теперь, вовсе не потому ее убрали, чтоб убрать саму башню подальше от Смольного собора. А чтобы иметь возможность реализовать заложенное в эту же программу строительство жилья для газпромовских топ-менеджеров не на Охте, а в престижном историческом центре — например, посреди Таврического сада.
Продвижением такого проекта, предусматривающего возведение в бывшей потемкинской усадьбе четырех домов по пять-шесть этажей, и занимается с недавних пор ИСК «Петрополь», входящая в группу компаний «Газстройинвест».

«Врагам — закон, друзьям — все остальное»

Эта установка, данная одним европейским диктатором прошлого века, живет и побеждает в современной России.
Как же такое возможно? — удивится, быть может, наивный петербуржец. В самом деле, по закону новое строительство на территории памятника запрещено. Недопустимо и отчуждение в пользу частных компаний земель общего пользования с последующим превращением городской зеленой зоны в чей-то закрытый придомовой палисадник.
Но ведь не случайно председатель КГИОП Вера Дементьева еще пару лет назад, комментируя эту скандальную идею, молвила: «Теоретически строить на территории федерального памятника нельзя…»

— Почему же только «теоретически»? — поинтересовались мы у главы КГИОП.
— Потому что можно из него вывести кусок территории, что и пытались сделать, — ответствовала Вера Анатольевна.
Еще будучи полпредом президента в СЗФО, Валентина Матвиенко поучаствовала в публичной презентации заявки Алексея Миллера на освоение Таврического сада: по всем телевизионным каналам прошли репортажи о торжественной церемонии установки закладного камня будущего крытого катка. По прошествии четырех лет из того камня выросло выпендрежное хайтековское здание, где под крышей «детской ледовой арены» нашлось место ресторанам, барам, массажным кабинетам и прочим объектам получения не детских удовольствий.
Единый комплекс «Таврический дворец с садом» имеет тройную степень защиты: это охранная зона исторического центра, неотъемлемая часть объекта Всемирного наследия ЮНЕСКО и собственно территория памятника федерального значения. Каждое из перечисленных трех исходных предполагает недопустимость нового строительства в принципе. Однако в марте 2004 года КГИОП и Министерство культуры РФ согласовывают результаты историко-градостроительной экспертизы (проведенной архитектурной мастерской Т. А. Славиной), рекомендующей изменить для участка будущего катка режим охранной зоны на режим зоны регулирования застройки.
В июле того же года городское правительство утверждает подготовленный под руководством председателя КГИОП Веры Дементьевой «Перечень участков исключений (лакун) в границах объединенной охранной зоны Санкт-Петербурга». «Благодаря» этому документу первый облюбованный Газпромом участок Таврического сада переводится в разряд тех самых лакун, где новое строительство уже возможно. Передаваемый сырьевому монополисту кусок сада исключается из границ объекта культурного наследия по согласованию с Министерством культуры РФ.
Законность произведенных манипуляций пытался оспорить депутат городского парламента Алексей Ковалев. В своих обращениях к региональным и федеральным надзорным ведомствам он указывал на неправомерность изменения границ памятника и недопустимость нового строительства на его территории. Один из бывших работников Городской прокуратуры, комментируя «Новой» действия чиновников, поясняет: в них усматривались признаки нарушения 285, 286 и 293-й статей УК РФ (злоупотребление служебным положением; превышение должностных полномочий, повлекших существенное нарушение законных прав и интересов граждан; халатность, повлекшая причинение ущерба объекту культурного наследия). Эксперт отмечает, что на тот момент все памятники федерального значения находились в федеральной же собственности, а потому осуществленное Смольным отчуждение участков в пользу частной компании — незаконно. Кроме того, нельзя признать легитимным и пресловутое распоряжение городского правительства о так называемых «лакунах»: исполнительная власть не вправе изменять документ, принятый решением законодательного органа (т. е. исключать участки из объединенной охранной зоны Петербурга, границы которой установлены решением Исполкома Ленсовета-1988).
Однако руководство прокуратуры предпочло «не заметить» всех этих нарушений.

Теплицы для выращивания домов

Сегодня по обкатанной на катке схеме из Таврического сада может быть «выгрызен» еще один участок — в северо-западной части сада, с советских времен занятой неприметными цветочными теплицами, где теперь «Петрополь» и намеревается возвести «многофункциональный комплекс с представительской и жилой функциями».
Собственно, упомянутая экспертиза мастерской Татьяны Славиной это допускает: для рассматриваемой части сада ею «рекомендованы параметры новой застройки по высоте — до 12 м «по коньку» с возможным повышением этажности до 17 м для зданий, значительно удаленных от границ участка». Федеральное агентство по культуре и кинематографии (Роскультура) с такими выводами легко согласилось — соответствующее заключение его экспертов было перенаправлено в Федеральную службу по надзору за соблюдением законодательства в сфере массовых коммуникаций и охране культурного наследия (Росохранкультуру) в октябре 2005 года. В выводах этого заключения, правда, содержались некоторые замечания. Например, отмечалось, что «данные по заказчику и о необходимости изменений границ памятника не представлены». Что, впрочем, не смутило Росохранкультуру — эта служба согласовала результаты экспертизы Славиной на редкость оперативно, буквально на следующий день после получения заключения от Роскультуры.
Удивительная расторопность! Вот нашим коллегам из ИА «Росбалт-Петербург» пришлось почти полгода дожидаться ответа от Росохранкультуры на свой журналистский запрос. Наконец ответ пришел — но ясности не прибавил. Начальник управления Роботкевич проигнорировал адресованные ему вопросы о том, чем обоснована необходимость изменения границ памятника «Таврический сад», какова площадь участка, рекомендованного к выведению из этих границ, и кем именно была заказана экспертиза. Лишь сообщил, что Росохранкультурой «рассматривались» результаты экспертизы, «согласованной КГИОП Санкт-Петербурга и Роскультурой» и что Росохранкультура «согласилась с результатами указанной экспертизы в части рекомендованных режимов содержания территории и градостроительных регламентов и проинформировала ответственные органы правительства Санкт-Петербурга о том, что внесение изменений в учетные градостроительные документы планирования относится к компетенции органов государственной власти» города.
Между тем штемпель Росохранкультуры «СОГЛАСОВАНО» поставлен 28 октября 2005 года именно на «Пояснительной схеме предложенной корректировки границ Объекта культурного наследия «Таврический дворец»», предлагающей исключить из этих самых границ внушительный участок, по сию пору занимаемый теплицами.
Председатель КГИОП Вера Дементьева, которую мы ознакомили с содержанием ответа Росохранкультуры, была крайне возмущена. В своем ответе на журналистский запрос «Новой газеты», Вера Анатольевна подчеркнула, что возглавляемое ею ведомство вовсе не согласовывало результаты экспертизы Славиной целиком:
«КГИОП счел обоснованным мнение экспертов только в разделе исследования, касающегося частичной утраты исторической планировки в северо-западной части территории объекта культурного наследия. /…/ Однако КГИОП категорически не согласен с выводами «Заключения…» о невосполнимой утрате первоначальной планировочной структуры данной территории и считает необоснованным вывод о целесообразности корректировки границ территории памятника». «Никаких действий по изменению границ территории объекта и составу памятника КГИОП не производил, считая выводы экспертизы необоснованными», — заявляется в официальном ответе председателя Комитета.
В личной беседе с нашим корреспондентом Вера Анатольевна посетовала на «большую путаницу», существующую с тем, «кто у нас за что отвечает». Действительно, разобраться с тем, где зона ответственности Роскультуры, где Росохранкультуры (с марта вместе с Россвязьнадзором вошедшей в Россвязьохранкультуру), не так-то просто.
И есть ощущение, что кому-то такая неразбериха очень на руку. С 1 января 2008 года, напомним, вступает в силу федеральный закон, открывающий путь к массовой приватизации памятников культуры. И специалисты в области охраны культурного наследия крайне обеспокоены тем, что судьбу памятников (в том числе более 7 000 — петербургских) чиновники Министерства культуры и массовых коммуникаций определяют в закрытом режиме.
Как заявила в интервью радиостанции «Эхо Москвы» председатель Центрального совета Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры, член Общественной палаты Галина Маланичева, составление списков, на основании которых и можно будет приватизировать памятники культуры, проходят в спешке и без привлечения профессионалов. Нельзя исключить, что в результате какая-нибудь дочка, внучка или жучка Газпрома получит в собственность и Таврический сад.

Передел собственности?— от светлейшего к авторитетнейшим

Несмотря на принадлежность комплекса «Таврический дворец с садом» к федеральной собственности, городские чиновники уже умудрились распорядиться ею по своему усмотрению (и речь идет не только об упомянутом выше участке крытого катка). Причем без всякой выгоды для города.
Участок, вместе с расположенными на нем теплицами и знаменитой Пальмовой оранжереей, в октябре 1996 года приказом Комитета по градостроительству и архитектуре был передан СХПК «Цветы» на правах постоянного (бессрочного) пользования — «для ведения сельского хозяйства». Затем «Цветы» провели реорганизацию с последующей приватизацией. Вплоть до 2003 года эта организация успешно конкурировала с зарубежными поставщиками цветов. Кстати, цветочный бизнес хорошо знаком Вере Дементьевой — с 1991 по 2003 г. она официально возглавляла ЗАО «Ассоциация «Северные цветы» (специализировавшееся не только на флоре, но и на объектах недвижимости), а после вступления в должность главы КГИОП де-юре дистанцировалась от участия в коммерческой деятельности, хотя де-факто едва ли оставила «Северные цветы» без своего попечения. Поговаривали, что не без их участия к 2003 году над СХПК «Цветы» стали сгущаться тучи — и свинца в них становилось тем больше, чем активнее проявляли интерес к занимаемому ими участку различные структуры. Организацию подвели под процедуру банкротства, в результате которой производственные площади «Цветов» были выставлены Фондом имущества на торги и отошли к едва созданному ООО «Базис» — по стоимости в четыре раза ниже балансовой и сопоставимой с ценой двухкомнатной квартиры в центре (10,8 млн рублей).
Зданием же пальмовой оранжереи завладел некий таинственный предприниматель, имя которого отчего-то охраняется, как гостайна.
По сведениям нашего источника, право частной собственности на здание оранжереи (официальный адрес Потемкинская, 2, лит.Г) с ноября 2004 года закреплено за председателем совета директоров ООО «Промышленная группа Союз» Александром Алексеевичем Усовым — наряду с Усовым Петром Алексеевичем упоминаемым в некоторых СМИ в ряду авторитетных бизнесменов тамбовской принадлежности.
Другими объектами бывшей «цветочной» недвижимости (в частности, зданиями Потемкинская, 2, лит.И и Д), по некоторым данным, владеет Алексей Редозубов — до 2000 года возглавлявший банк «Объединенный капитал», впоследствии перешедший к «авторитетному предпринимателю» Игорю Минакову. Объект по адресу Потемкинская, 2, лит.И, передан Редозубовым в аренду (на период с 2005 по 2015 годы) ООО «Потемкинская», генеральным директором которого является Марк Лернер — он же глава «Петрополя». Именно здесь и располагается офис последней компании (которая, напомним, сейчас как раз активно занимается продвижением проекта застройки Таврического сада).

Полна детективных хитросплетений и судьба так называемого «дома садовника».

Как заявляют в Управлении Федеральной регистрационной службы по Петербургу и Ленинградской области, «в Едином государственном реестре прав отсутствуют сведения в отношении объекта недвижимости, расположенного по адресу: Потемкинская улица, дом 2, лит. А». По неофициальным данным, «дом садовника» занимает нынче структурное подразделение налогового ведомства. Кстати, еще в марте 2006 года одна из городских газет высказывала предположение о том, что северо-западной частью Таврического сада «заинтересовалось московское ведомство финансового мониторинга» и что будто бы именно «УМНС РФ в 2003 году поручило организовать торги с целью взыскать с СХПК «Цветы» долги по налогу на прибыль». Другие СМИ тем временем намекали на существование неких общих бизнес-интересов у братьев Усовых и Анатолия Сердюкова (до недавнего времени — министра обороны).

Чем сердце успокоится…

— Никто не спорит, что участок, занятый советскими теплицами, деградированный, — замечает председатель КГИОП Вера Дементьева. — Их, как не представляющие никакой ценности, вполне можно снести (кроме главной оранжереи, разумеется). Но это не значит, что на данном месте должен возводиться какой-то объект. Почему не воссоздать утраченный ландшафт? Таврический сад во всех смыслах уникальный, единственный сохранивший свою историческую планировку. Даже в царское время главный садовник вывел оттуда первый теннисный клуб…
Трудно не согласиться с этой логикой. Тревожит лишь то, что, когда здравствующее руководство КГИОП переводило в разряд «лакун» территорию, занимаемую аттракционами, и согласовывало строительство крытого газпромовского катка, ссылались на те же аргументы, что ныне признают негодными — а именно на то, что эта часть сада тоже «деградировала». И вопрос о воссоздании ландшафта не ставился вовсе.

— Есть ли уверенность, что события в отношении территории оранжерейного комплекса не будут развиваться по той же схеме? — адресуем вопрос Вере Дементьевой.
У Веры Анатольевны такой уверенности нет:
— С 1 января вся компетенция по памятникам федерального значения переходит к нам. И я знаю позицию губернатора — такого не может быть. Поэтому до 1 января, вполне возможно, все согласованы документы. Но нам никто их не давал. Проекта я не видела. Экспертное заключение Славиной на исключение из состава объекта охраны дома садовника мы отклонили. Дальше что было… «Петрополь» уже приходит — со всеми этими согласованиями по экспертизе Славиной. Речь идет о сносе теплиц как ненужных вещей и создания на их месте какого-то многофункционального комплекса. В этой ситуации нужно идти следующим путем. Мы считаем, что там не должно быть никакого комплекса. А они, может быть, считают, что должен.

Предпроект нам приносили — не в официальном порядке, просто так, посмотреть. Не самый плохой — но почему именно там? Следовательно, надо заказать экспертизу уже под сам проект, чтобы выяснить, нарушает ли он что-то.
— А как вообще может быть в охранной зоне новое строительство?
— Это даже не просто охранная зона, тут статус выше — это территория памятника.
— То есть любое новое строительство на этой территории незаконно?
— Да.
— А тот факт, что Росохранкультура согласовала изменение границ?
— Ничего она не изменила.
— Но письмом от 21.10.2005 года, направленным в КГА и КГИОП, Росохранкультура согласует заключение экспертизы Славиной, касающееся участка Потемкинская, 2, — указывается, что выводы экспертизы «обеспечивают обоснование изменения статуса территории, предлагают необходимым определить варианты объемно-планировочного решения ЗАСТРОЙКИ».
— Это абсолютно точно.
— И такая любопытная есть ремарка: «данные по заказчику не представлены», так же как «не представлена необходимость изменения границ памятника». Так почему меняются границы памятника, когда обоснований не представлено?
— Мне трудно ответить. Я считаю, что Росохранкультура в этом плане допустила ошибку. Мы не корректируем границ памятников, более того, они у нас забиты в 17-м приложении Генерального плана — любая их корректировка требует принятия нового закона.
— То есть мы сейчас можем говорить о том, что участок, занятый Оранжерейным комплексом, входит на данный момент в границы памятника?
— Никакой корректировки границ мы не производили. А кроме нас, это некому произвести — потому что вся учетная документация у нас. Паспорт объекта у нас, второй экземпляр хранится в Минкульте. Если бы Росохранкультура или Роскультура дали нам приказ — произвести корректировку границ, мы были бы вынуждены на это пойти. Но в данном случае, наверное, они чувствуют свою ошибку, поэтому второй шаг не делают.
— Так какова же будет позиция КГИОП, если все-таки попытаются этот проект продвигать?
— Мы всем говорим — если вы считаете, что это гениальный проект, пожалуйста — заказывайте историко-культурную экспертизу, приносите нам ее выводы, возбуждайте процедуру изменения 17-го приложения к генплану. Но могу сказать, особого давления на меня ни Роскультура, ни Росохранкультура не оказывают. Потому что знают позицию КГИОП. Позиция губернатора тоже известна.

Поступь грядущего хама

Позиция губернатора в отношении «стратегических инвесторов» вообще и Газпрома в частности действительно хорошо известна. Сводится она к тому, что ради удовлетворения их аппетитов и неадекватных амбиций дозволяется игнорировать петербургские традиции, интересы горожан и менять действующие законы. «Петрополь», входящий в корпорацию «Газпромстройинвест», рекламирует себя так: «Мы создаем комфортную среду для жизни, работы и отдыха жителей Санкт-Петербурга. Через строительство красивых зданий мы изменяем сознание и культуру людей». Вот так вот, вполне в духе Алексея Миллера, заявляющего, что его 400-метровая кукуруза будет «формировать новую петербургскую ментальность».
То, как творения «Петрополя» меняют наши сознание и культуру, не опасающиеся за свою психику граждане уже могут испытать, придя на 27-ю линию Васильевского острова — здесь, у пересечения с Большим проспектом, возводится громадина о 18 этажей (жилой комплекс «Финансист»). Оттуда, как обещает застройщик потенциальным покупателям пентхаусов, «открывается великолепный вид на весь Васильевский остров, Финский залив и центр города». Надо ли объяснять, какой открывается вид в обратном направлении?
…В нынешнем году Международный день охраны памятников КГИОП отметил показом модной коллекции «РЕСТАВРАЦIЯ» — платочки, шарфики, брошки с изображениями деталей дворцовых интерьеров. Спонсор мероприятия — «Петрополь». Среди гостей — Валентина Матвиенко, депутат Гольман, руководители строительных корпораций, инвесторы «амбициозных» проектов.
Раздаваемый на сувениры Петербург обещает стать ходовым товаром.
Татьяна ЛИХАНОВА
www.novayagazeta.spb.ru

ДОЛГОЕ ПРОЩАНИЕ
Что ждет легендарную питерскую оранжерею?

«Попрощаться пришли!» – так многие пожилые петербуржцы, не принадлежащие к оппозиционным кругам, отвечали на вопрос: «Что вас сюда привело?» Дело было в минувший четверг у Таврического сада.
«Позор чиновникам, продающим наши сады и парки!», «Сохраним наше наследие детям!» – призывали наспех сделанные транспаранты. В конце прошлой недели на углу Потемкинской и Шпалерной улиц, у входа в знаменитую Царскосельскую оранжерею группа людей собралась на санкционированный пикет. Организаторы мероприятия, жители Центрального района, тщательно открещивались от ярлыков «общественное объединение» или «инициативная группа граждан», говорили о себе без затей: «просто петербуржцы, которым небезразлична судьба города». Внимание прохожих привлекали розданные манифестантам желтые и белые гвоздики и хризантемы. Интересующимся объясняли, что, дескать, таким образом участники акции выражают свой протест, – и приглашали присоединяться. Анонсирующая пикет листовка гласила: «...в защиту комплекса оранжереи Выставочного зала «Цветы», судьба которого – под угрозой...»

Здесь необходимо отступление.

Угроза возникла, мягко говоря, не вчера. О скандале вокруг земель и построек сельскохозяйственного производственного кооператива (СХПК) «Цветы», более 30 лет занимавшего территорию на окраине Таврического сада, «Новая» подробно рассказывала еще летом 2003-го (см. № 59, «Травят флору»). Тогда, по официальной версии, за налоговые недоимки кооператив был признан банкротом, и очень скоро часть «цветочного» недвижимого имущества (47 гектаров производственных площадей в разных районах города) шестью лотами ушла с молотка некому ООО «Базис», о котором до этого никто и слыхом не слыхивал. В том числе права на три гектара земли в Таврическом саду, вместе со всеми сооружениями, включая оранжерею, были проданы за 10,8 миллиона рублей. В руководстве СХПК утверждают, что узнали об этом далеко задним числом.
Многое в данной истории кажется странным, а то и неправдоподобным. Например, что кооператоры якобы не подозревали о числящемся за ними гигантском долге (на начало 2003 года, с пенями, порядка 43 миллионов рублей). Что объявление о знаковых торгах, касающихся земли в черте города, было опубликовано в малоизвестной областной газете «Сертолово и окрестности», организовывал же торги Северо-Западный федеральный фонд имущества совместно с неким ЛГУП «Заслон» – опять-таки областным предприятием. Или сумма, за которую «Базису», обойдя четырех конкурентов, удалось прибрать к рукам раритетный участок в Центральном районе (в составе исторического ландшафтного парка, вкупе со всеми зданиями), – сопоставимая с ценой двухкомнатной квартиры в соседнем элитном доме.
С тех пор тяжбы шли непрерывной чередой. Встречные иски, апелляции, кассации... Еще два года назад по иску КУГИ к СХПК Арбитражным судом Петербурга и Ленобласти было принято решение выселить «Цветы» из нежилых помещений по адресу Потемкинская, 2. Вот когда, по идее, надо было протестовать! Но в тот момент общественность отреагировала вяло.
Другой веский повод поднять волну протеста появился чуть больше года назад, в январе 2005-го, когда на заседании совета по ландшафтной архитектуре питерского отделения Союза архитекторов были обнародованы планы глобальной реконструкции зоны Таврического сада. Так, ООО «Профит» решило переоборудовать здание кинотеатра «Ленинград» в спортивно-развлекательный центр; Газпром собрался построить (и уже строит) на территории бывшего парка аттракционов крытый каток, – напоминающий, как признаются специалисты, огромную стеклянную кофеварку; а компания «Базис» заявила о намерении возвести на месте теплиц кооператива «Цветы» многофункциональный комплекс с квартирами и офисами. Тогда депутат ЗакСа Алексей Ковалев направил было губернатору Валентине Матвиенко пару запросов, но ответа по существу так и не получил. А большинству горожан это оказалось безразлично.
И только теперь, когда легендарную оранжерею закрывают, народ встрепенулся. Другое дело, что преобладают тут, похоже, эмоции, а не разум. Коренные петербуржцы в возрасте не скрывают ностальгических чувств: почитай, все детство, мол, у оранжереи прошло... При этом за многократно повторяемыми «доколе?» и «долой!» не видно конструктивной основы. Против чего, собственно, выступаем? Против смены хозяина участка? Так поезд давно ушел. Против проекта застройки? Так, по словам представителей КГА и КГИОП, обсуждать что-либо рано, никаких согласований пока нет. Как нет формально и нарушений закона.
Примечательно, что в предпоследний мартовский день никто из сотрудников «Цветов» к митингующим не вышел.
Долго стучу в запертую дверь. Наконец какое-то движение, и дама средних лет через образовавшуюся щель недовольно спрашивает: «Что вам? Читайте объявления». Дверь захлопывается. В одной из наклеенных на стекле бумажек сказано, что «зал закрыт на инвентаризацию», в другой – что с 1 апреля он «закрывается на проведение ремонтно-профилактических работ».
В общем, показательного прощания не получилось. Люди оставляли автографы под челобитной, обращенной сразу к двум ветвям власти: «Уважаемые Валентина Ивановна и Вадим Альбертович! Просим вас принять меры к сохранению оранжереи... в первозданном виде. Она является неотъемлемой частью Таврического сада, в ней собрана уникальная коллекция растений...» – и расходились кто куда.
Валерия СТРЕЛЬНИКОВА
www.novayagazeta.spb.ru

Прямая речь

Валерия Федюняева, блокадница, жительница дома № 13 по Гагаринской улице, до этого 40 лет жила на улице Чайковского: – Оранжерея – это была моя первая встреча с чудом. И для моих соседей, одноклассников, подруг. Здесь мы встречались, влюблялись... Говорят, красота спасет мир. Вот это – та красота, которая сейчас требует спасения!
Елена Дунаевская, поэт, переводчик, член Союза писателей Санкт-Петербурга:
– Во время блокады ленинградцы приносили сюда обломки своей мебели, отдавали последние одеяла – чтобы согреть, сберечь драгоценные пальмы для нас, потомков...
Алла Москвина, активист Движения гражданских инициатив, жительница дома № 34 по Шпалерной улице:
– Я живу в двух шагах отсюда с самого рождения, с 1953 года. Это наш сад! Наш родной, наша гордость и слава, как можно отдать его на растерзание?

Кстати

Еще в 2000 году распоряжением губернатора Владимира Яковлева некоторая часть земель СХПК – а всего за «Цветами» на тот период числилось 1023 гектара в разных районах мегаполиса – была переведена в категорию «пятен застройки».
Кооператив в добровольном порядке продал около 20 га, выручив при этом примерно $5 миллионов с учетом НДС.
А в 2001 году постановлением правительства РФ вся территория дворцово-паркового ансамбля, ограниченная Шпалерной, Потемкинской, Кирочной и Таврической улицами, признается объектом исторического и культурного наследия федерального значения.

Цитата

«Этот уголок – любимое место отдыха жителей района, туда в мрачную, тяжелую петербургскую зиму приходят дети, пенсионеры, студенты. Это – оазис, кусочек юга на нашем суровом Севере, место паломничества новобрачных со всего города...
Просим Вас срочно разобраться в сложившейся ситуации и принять административные меры».
Из обращения Союза писателей Санкт-Петербурга к губернатору города

Владелец участка рядом с Таврическим садом мечтает развернуть здесь большое строительство


Подробнее на www.mr-spb.ru

Переписка граждан за сохранение сада с администрацией


В настоящее время основной вред саду наносят не чиновники и строители, а посетители-вандалы! Кроме краж фонтанов, в саду также играют в футбол на газонах, ломают деревья, тренируют собак, загорают и разводят костры, бросают мусор в озера и каналы и т.д. и т.п. Недавно произошло и убийство..
И все это делают не чиновники, а посетители — вандалы!
Это и есть причина составления писем жителей о Таврическом, а уже далее можно привести издевательские отписки чиновников всех рангов на протяжении 20 лет об отсутствии денег на охрану.
Стоимость в год охраны — 2 млн рублей — для города небольшая.

Из Таврического сада украли «Мальчика с уткой»

22 сентября 2008, 16:46

Работники «Водоканала» просят горожан помочь им найти этот фонтан, являвшийся украшением сада.
По словам работников пресс-службы «Водоканала», «Мальчика с уткой» похитили еще в ночь с 7 на 8 сентября. Они написали заявление в милицию и понадеялись, что фонтан найдут. Скульптура мальчика с уткой в руках, из клюва которой лилась вода, была любима детворой. Небольшой симпатичный фонтанчик просто свинтили с постамента.
«Может, на дачу кто увез? Или на металлолом сдал?» – безуспешно гадают работники «Водоканала». Они очень просят горожан помочь им вернуть фонтан.
Если вы где-нибудь видели «Мальчика с уткой», позвоните по телефону 305-09-09.
Наталья Тихонова, «Мой район»
Объявления
14 ноября 2017 г.
Защитим Тележную!
RSS-подписка
Петербургский ФотоКросс
Karpovka.net Петербург на 4kg.ru. Фото, история, бизнес, люди, улицы, ссылки  

Независимое общественное движение «Живой Город»

Независимое общественное движение «Живой Город»